«Переводчик» левого полушария

Я хочу, чтобы вы увидели, что происходит в мозге после того, как вы сделали тот вдох, который поклялись не делать раньше времени.

В 1967 году доктор Роджер Сперри и упоминавшийся ранее Майкл Газзанига (тогда еще студент Сперри, готовившийся защитить кандидатскую в Калифорнийском техническом институте в Пасадене) опубликовали в журнале «Научная Америка» (Scientific America) статью «Разделенный мозг человека» об ошеломляющих результатах проведенного исследования. Подопытными были четверо мужчин, прошедших через операцию, которая должна была излечить их от тяжелой формы эпилепсии. Операция предполагала рассечение мозолистого
тела — пучка нервных волокон, которые передают сигналы между правым и левым полушарием мозга.

Через операцию прошли десять человек, но только четверо были участниками исследования. После операции эпилепсия действительно стала мучить их гораздо меньше. Однако теперь их правое и левое полушария не могли общаться друг с другом, и Сперри и Газзанига хотели выяснить, каковы будут последствия.

Они уже точно знали, что левое полушарие отвечает за речь и аналитические способности, а правое — за распознавание визуальных образов. Кроме того, им было известно, что тело и мозг
работают перекрестно: левое полушарие контролирует правую половину тела, а правое — левую. Это называется «контралатеральный контроль», даже глаза работают по тому же принципу.

Так что теперь, когда мозолистое тело рассечено, если вы демонстрируете картинку в правом визуальном поле, то только левое полушарие видит ее. И наоборот. Удивительно, правда?

«Переводчик» левого полушария

Дальше — больше.

Итак, человек видит карточку с изображением отпечатка куриной ноги в правом визуальном поле и передает эту информацию в левое полушарие. Одновременно в левом визуальном поле ему показывают карточку с заснеженным пейзажем —и эта информация идет в правое полушарие. Ему требуется просто выбрать карточку, которая подходит к той, которую он видит. Итак, что происходит дальше?

Правое полушарие, которое видело снежный пейзаж, велит левой руке выбрать карточку с лопатой для снега. Одновременно левое полушарие, получившее информацию о курином следе, велит правой руке выбрать
карточку курицы. Но затем, когда человек смотрит туда-сюда и видит обе карточки в двух руках, оба полушария обрабатывают информацию о том, что было только что сделано.

Затем ученые просят подопытного объяснить его выбор. Речевой центр находится в левом полушарии, в той части мозга, которая видела куриную ножку, так что ученые предполагали, что он скажет: «Я увидел коготь курицы, так что по идее должен был бы выбрать курицу, но я не имею ни малейшего понятия, почему взял карточку с лопатой. Это нелогично».

Однако человек говорит совсем другое: «След принадлежит курице. А чтобы убраться в курятнике, нужна лопата».

Исследователи спрашивают: «Вы уверены? Вы поэтому выбрали лопату?» И левое полушарие отвечает: «Ну да». Тогда исследователи спрашивают: «Вы четко помните, что у вас была эта мысль, когда вы выбирали карточку?» И левое полушарие отвечает: «О, да. Да, я помню, как у меня возникла эта мысль».

Конечно, это бред. Его левое полушарие не имело подобных мыслей. Ведь та часть мозга, которая отвечала на вопросы исследователей, даже не была той частью, которая выбрала карточку с лопатой. Однако самое страшное в том, что человек даже не осознает, что лжет самому себе. В последующих экспериментах каждого из четверых мужчин просили снова рассказать о предыдущем эксперименте — просто пересказать события, не объясняя факт выбора. Они даже не заметили, что их поведение было странным. Они полностью верили в ту историю, которую рассказывали.

Оказалось, что работа левого полушария заключается в том, чтобы придавать смысл нашему выбору и предоставлять объяснения, — неважно, насколько странным было наше поведение и насколько то, что мы говорим, соответствует истине. Так и было открыто то, что исследователи назвали «переводчиком» левого полушария. И он работает подобным образом даже у тех людей, чье мозолистое тело не было рассечено.

И, зная это, можно сделать серьезные выводы. Остановимся на секунду, чтобы свести все воедино.

Ствол мозга и прилежащее ядро создают мощную мотивацию, побуждающую действовать. Если лептин блокируется, то мозговой ствол посылает сиг-
нал: «Ешь!» Если дофаминовые рецепторы в прилежащем ядре
подавляются, то они требуют: «Больше!» И это, как нам кажется, наши собственные мысли. А затем в дело вступает «переводчик» левого полушария, который торопится придать нашим действиям смысл.

Итак, мы живем, предпринимая за год по три-четыре по- пытки похудеть, каждый день делая выбор, который на 100 % не соответствует нашим целям, тому, что мы себе обещали, тому будущему, которое мы для себя рисуем. И левое полушарие изобретает захватывающие истории, чтобы объяснить сделанный выбор, вне зависимости от того, насколько логично звучат причины. Мы съели капкейк, потому что был тяжелый день, или потому что была вечеринка, потому что мы заслужили угощение, и вообще, зачем садиться на диету, если через месяц ехать в круиз и хочется насладиться им сполна?

Все это придумывает «переводчик» левого полушария, который создает объяснения тем действиям, которые удовлетворяли запросы других частей мозга. Запросы, которым мы не можем сказать «нет», не зная, откуда они пришли. Неудивительно, что у нас не выходит похудеть!

Сьзен Пирс Томпсон «Заблокированные нейроны»

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.